Проект Дома Текстилей

Москва. Архитекторы Илья Голосов, Борис Улинич. 1926 год.

 

К конкурсу дома текстилей

Конкурс, объявленный по поручению Всесоюзного Текстильного синдиката, Московским Архитектурным Обществом, собрал около 40 больших проектов — колоссальный заряд творческой энергии. Однако вряд ли можно быть вполне удовлетворенным рациональностью использования затраченной энергии или остротой изобретенных замыслов. По этому поводу хотелось бы высказать несколько принципиальных соображений.

Составление программы всякого конкурса — есть на 50% уже решение вопроса. Чем более она связывает автора, тем менее можно от него чего-либо ожидать. В этом смысле программа Всесоюзного Текстильного Синдиката была разработана московским архитектурным обществом настолько, что она уже давала 90% решения. В программе было указано не только количество этажей (10), но и точно указано, какой из текстильных трестов должен находиться на каком этаже; была указана не только общая площадь, занимаемая трестом, но и точная квадратура комнаты каждого заведующего или секретаря треста. В программе было указано местоположение гостиницы и всех подсобных помещений. Наконец была указана полезная площадь каждого этажа, при этом во всех этажах одинаковая. Можно сказать без преувеличения, что составитель данной программы является активнейшим участником любого из проектов.

Но тогда зачем объявлять конкурс и что же можно требовать от конкурентов, заранее поставленных на готовое решение?

Конечно, для всех остается ясным право заказчика поставить свои требования и ограничения. Он может ограничить в стоимости сооружения, т.-е. в кубатуре, может указать площади и расположение важнейших помещений.

Но не все ли равно ВТС’у, будет ли здание со всех сторон 10-этажным или одна часть его будет, к примеру, в 14 этажей, а другая в 6.

А всякому архитектору ясны те возможности объемной композиции, которые открываются в таком случае перед автором. Можно было бы привести множество и других аналогичных примеров.

Другой вопрос принципиальной важности, возникающий в связи с этим конкурсом, как и со многими другими, заключается в следующем: обычным требованием программы стало, чтобы в одном этаже здания размещалось какое-либо банковское помещение, в другом жилой корпус и т. д.

Но всякому здравомыслящему архитектору понятно, что жилой корпус требует одних условий (например, меньшей глубины помещения), банковское помещение требует других условий и т. д. Отсюда вывод, что, распределяя помещения по их функциям в вертикальном направлении, так например: в одной вертикали — банковские помещения, а в другой — жилые и т. д. — можно было бы добиться более разумной их организации.

Таким образом, связывая и в этом отношении конкурентов, организаторы конкурса сами себя обкрадывают, в корне пресекая возможность появлении целого ряда интересных решений.

Совершенно необходимо обратить должное внимание на составление программы, обеспечивающей заказчика необходимой площадью и кубатурой, но оставляющей максимум свободы во взаимном расположении частей, их координации, — единственным критерием для которых должен служить здравый смысл и логика — с одной стороны и выразительность архитектурного решения — с другой.

Только таким образом составленная программа может действительно сделать архитектурный конкурс ареной истинного творческого соревнования.

Журнал «Современная архитектура». 1926. № 1.