Писатели дома: Артём Весёлый

«Писатели дома» — проект литературного журнала «30 дней» о быте, творческих и повседневных привычках советских литераторов 1920-х годов. Публикуется по журналу «30 дней», № 5 за 1927 год. МИРА коллекция

***

СПРАВКА
Артем Веселый родился на Волге (в 1900 г.) С весны 1917 года ушел в революционную работу. С 1920 года начал писать.

Вещи его печатались в журнале «Красная Новь» ( «Мы», драма; рассказы: «В деревне на маслянице», «Дикое сердце»), в ЛЕФе («Вольница»); в, Перевале и в «Молодой Гвардии» («Реки огненные») — отрывки из романа «Страна родная»), в журналах и альманахах: «Красная Молодежь», «Красная Новь», «Перевал», «Наши дни» и «Круг».

В издательстве «ЗИФ» вышла книга Артема Веселого «Дикое сердце».

***

Работаю по ночам.

Вот под руками стопка чистой бумаги, которая есть ни что иное как поле, где писателю нужно показать, как коню, свою резвость, бег.

И еще — работа представляется мне как война.

Бумага, карандаши, черновики, настроение долгожданное — все подготовлено к наступлению.

Глава, сцена или отдельная картина — задача.

— Вперед!

Нужное слово прячется за щитом мрака, каждую строку приходится брать как линию окопов. Волна настроения, то поднимаясь, с гулом и ревом захлестывает страницу, то, опадая, отступает, оставляя пену черновиков.

Мобилизованы каждая капля крови, каждый нерв, каждая клеточка мозга.

— Вперед!

Через строки пробиваются языки пламени, рев орды, ржанье коней, стоны и голоса солдат, матросов, дезертиров, комиссаров, заячий писк плачущих детей, вопли старух.

Кого-то расстреливают — тебя заливает холодом; кого-то зарывают в могилу — и мерзлые комья земли стучат не о крышку гроба, а о твою голову.

— Вперед, вперед!

Упорство милых слов сломлено.

Как собачата под бичом собачара, они юзжат и ползают в ногах. В каждой строке, как в учащенном пульсе, стучит тяжелая кровь, и над всей страницей взвилось твое знамя, знамя победителя.

Словно пепел, разгребаешь черновики и наслаждаешься созерцанием пышущего жара поэзии...

Дымятся груды черновиков, слепнет оплывающая свеча. В занавешенное дырявым одеялом окно — через дыру — врывается солнечный луч, сочный и янтарный, как ломоть спелой дыни.

Счастливы сны поэта, написавшего хотя бы одну хорошую строку!

***

Сила человеческого ума только кажущаяся.

Лучшие умы — лишь колеса какой-то огромной телеги, катящейся по готовой дороге. Одни мечтатели натаптывают для человечества новые тропы. Правда, при этом они долго плутают, падают, но все же, как завороженные, идут вперед, порой разбивая о встречные препятствия сердца и головы.

Я не люблю современной литературы, потому что в огромной своей части она тенденциозна. Плохо, когда пером художника водит не любовь, а предвзятость. Большинство книг похожи на базарные, узкие и с короткими рукавами, пальто. Правда, условия — и материальные и всякие иные, — для писателя как были, так и остаются чрезвычайно тяжелыми, но это еще не является для художника  — о литературных шлюхах я не говорю — оправданием того, чтоб он катился по линии наименьшего сопротивления. Только тому Иванушке Жар-птица дается в руки, который способен среди бури свистков и криков негодования стоять непоколебимо, как скала среди течения.

Учусь на русских и французских классиках мастерству письма, а жизненных впечатлений у меня значительный запас —надолго хватит черпать.

***

Для работы совершенно необходимо уединение, покой, сосредоточенность. В городе ничего этого достигнуть невозможно: гул, грохот, всякие огорчения, знакомцы и знакомыши — и в результате мысль и настроение дробятся, как вода на камнях. С начала мая и до осени уезжаю на Каму, Волгу и Светлугу (Ветлугу) рыбачить, охотиться работать и предаваться золотому. безделью, которое так нужно, так нужно для нашего брата. Последние недели с удовольствием забросил книги, бумагу. Осенью, буду жив-здоров, приступлю к печатанию двух новых вещей.